НТВ

На днях правоохранительные органы начали вычислять нелегальных мигрантов, проживающих в столице, приказав школам составить списки детей с нерусскими фамилиями. Эта мера стоит в одном списке с теми мерами и действиями, которые предпринимают правоохранительные органы России после резкого обострения российско-грузинских отношений.

По самым скромным подсчетам Департамента образования, в московских школах насчитывается около 40 тысяч детей мигрантов. По неофициальным - до 100 тысяч, то есть одна восьмая часть всех учащихся. Для многих ребят русский язык - иностранный, русская культура - чужая.

О том, что интеграция детей приезжих в российское общество становится серьезной проблемой, говорит произошедший недавно случай в столичной школе N563: десятиклассник Бесик Кочалидзе ударил ножом сверстника Емена Оджахгулуева. Семьи обоих подростков прожили в Москве всего пару лет. Азербайджанца Оджахгулуева возмутило то, что Качалидзе высказался в его адрес по-грузински. Подобные случаи стали возможны в школах, так как педагоги не готовы принять поток приезжих, привыкших у себя дома к совсем другим законам. О возможных выходах из сложившейся ситуации пишет "Комсомольская правда".

- "Все занятия превращаются в уроки русского языка"
- "Вот эта школа - чеченская, а эта - для всех"
- Этнокультурные школы
- Государственный язык как иностранный
- Дети мигрантов не могут учиться из-за переездов родителей
- Справка: 46 садиков и школ с "национальным" уклоном
- Как решают проблему за рубежом

Во всех школах, как только речь заходила о межнациональных отношениях в классах, и педагоги, и родители тут же замыкаются. Школьная администрация боялась вообще говорить на эту взрывоопасную тему, родители опасались, что горячие родственники одноклассников их детей могут отомстить. Но стоило выключить диктофон, "людей прорывало", пишет газета.

Станция метро "Петровско-Разумовская". Между "хрущевками" в зеленом микрорайоне послевоенное здание школы. Под плакатом "Добро пожаловать!" на школьном крыльце встретились две полные армянки в кожаных куртках. Пока они что-то громко обсуждают, их шустрые сыновья тоже заводят диалог по-армянски.

"У нас треть учеников - дети мигрантов, - сообщила завуч, открывая школьный журнал и перечисляя. - 43 азербайджанца, 26 армян, 15 грузин, 9 киргизов, 8 узбеков... Почти все они пытались устроиться в другие школы района. Их не приняли. Потому что работать с мигрантами трудно".

"Дети приезжих - неконфликтные, - заверила директор школы. - Проблема в другом: как можно научить истории или литературе, если треть класса почти не говорит по-русски? Мне таких детей по-человечески жалко. Им обязательно нужно учиться! Это необходимо не только им, но и нам - почему этого никто не хочет понять?"

Говорить на родном, национальном языке на улице и уж тем более в семейном кругу - понятное желание. Переехав в другие, чужие края, те же армяне или грузины продолжают чтить свою культуру и традиции. Но, оказавшись в многонациональной столице российского государства, они не всегда понимают - чтобы здесь жить, чтобы здесь достичь успеха, нужно знать язык большинства и так же, как свою, чтить культуру здешних жителей.

"Все занятия превращаются в уроки русского языка"

"Они даже не в гостях - просто приехали зарабатывать деньги! Что им до нашей истории, культуры? - заявила завуч начальных классов в школе неподалеку от станции метро "Аннино". - Иногда кажется, что они не хотят, чтобы их дети знали наш язык!"

В этой школе детей мигрантов поменьше: два-три в каждом классе. "И все равно у нас все занятия превращаются в уроки русского языка, - подтверждает директор. - А родителям ребят до этого дела нет! Вызвать их в школу - целая проблема. Они часто переезжают из района в район, у некоторых даже нет постоянной регистрации. Единственное средство связи - мобильный телефон, по которому не всегда дозвонишься. Мы родителям-мигрантам объясняем: с детьми нужно говорить по-русски, иначе они не смогут учиться. Они кивают, выходят из кабинета и тут же начинают общаться на своем языке. Недавно приходила одна мама-азербайджанка: вполне сносно изъясняется по-русски, вся ухоженная, сидит дома с детьми. Так она мне заявила: вы учительница - вы и учите".

"Это она нехорошо думает, неправильно, - прокомментировал позицию азербайджанской мамы Васо Кигилидзе. Он приехал из Абхазии в Москву восемь лет назад. Сейчас торгует на рынке и растит трех дочерей. - Для моих девочек русский как родной. Нам больше некуда ехать. Дети меня ругают, что я никак не могу без акцента разговаривать. Знаешь, как трудно учиться в ваших школах?"

По словам Кигилидзе, его старшую дочь Софью постоянно в классе дразнили "хачевкой", даже избивали несколько раз. Просто потому, что не как русская: спокойная, не курит, с парнями не гуляет.

"Я пошел разбираться - что за шакалы такие? - рассказал Кигилидзе. - Учительница сказала, что дочка все выдумывает. А сама занижала ей оценки. В одиннадцатом классе ушли в другую школу. Сейчас Софочка на третьем курсе. Сама поступила. Будет учительницей биологии".

Недавно в Московском педуниверситете провели опрос среди студентов: "Как вы относитесь к детям мигрантов в школах?". Почти половина написали, что не хотели бы работать с такими учениками. И это была самая политкорректная формулировка. В то же время старшеклассники церемонятся еще меньше. В сочинении на тему "Москва многонациональная" 40% учащихся одной из московских школ написали: "Всех нерусских приезжих нужно выдворить из города!" 6% вполне серьезно предложили "перестрелять всех кавказцев".

"Вот эта школа - чеченская, а эта - для всех"

"А за что нам их любить? - заявил отец девятиклассника Алексей, житель Можайского района. - Теперь уже непонятно, кто из нас "гость столицы". В нашем микрорайоне все знают, что вот эта вот школа - чеченская. А эта - обычная, для всех. Мой сын сейчас в той, что "для всех". Боюсь, скоро и из нее придется уходить: приезжих все больше".

Как рассказал директор той самой "чеченской школы", очень много коренных жителей в районе спились и продали свои квартиры приезжим. Так, в Можайском районе осели чеченские беженцы. А школа фактически стала двунациональной: в ней учатся только русские и чеченцы. Русских становится все меньше.

"К нам детей других национальностей родители сами не ведут... Мы поначалу чеченцев жалели: от войны люди спасались. Но сейчас они стали вести себя совсем по-другому", - почти шепотом сообщил мне директор.

На выходе из школы группа молодых людей вальяжно расположилась на скамейке, пишет "КП". Каждую проходящую старшеклассницу они сопровождали какими-то репликами на своем языке и хохотом. Девчонки, краснея, ускоряли шаг. Директор попросил не указывать номера школы, заявив корреспонденту: "Иначе мне конец!"

Этнокультурные школы

Выход из ситуации можно найти в спецпрограммах и дополнительных учебных курсах, которые бы смогли помочь адаптации приезжих учеников в наших школах, научили их уважению к новой родине. В Москве, где с такой проблемой столкнулись раньше других городов, власти пытаются найти решение.

В столице с 1991 года открываются так называемые этнокультурные школы. Это государственные учреждения, большая часть учеников в которых - дети одной национальности. Занятия по родной культуре здесь не факультатив, а обязательные уроки. Они стоят в школьном расписании и занимают четверть всего учебного времени. Среди полутора тысяч столичных школ таких учреждений 130. Этнокомпонент самый разнообразный: грузинский, армянский, азербайджанский, литовский, польский, украинский, еврейский, татарский, турецкий, корейский и даже хинди. Кроме того, есть 14 учреждений, в которых углубленно изучают русскую культуру.

"Первую этнокультурную школу мы создали для армянских беженцев из Карабаха и зоны землетрясения, - рассказала специалист по этнокультурному образованию Наталья Ваганова из московского Департамента образования. - Приезжих в то время было немного, в этнокультурной школе они постепенно адаптировались к жизни в столице. Сегодняшних мигрантов много, они совсем другие. Дети еще погружены в ту, свою, культуру, в свои порядки. А им нужно как можно скорее ассимилироваться".

Проблема в том, что в современные этнокультурные школы в основном приходят дети из образованных семей, где понимают, насколько важно хорошо знать русскую культуру, при этом не растеряв своих корней. А ребята небогатых родителей, рыночных торговцев или рабочих со строек, отправляются в ближайшую школу - туда, где возьмут, отмечает "КП".

Но в последнее время и к школам с этнокультурным компонентом возникли претензии. Председатель комиссии Мосгордумы по межнациональным и межконфессиональным отношениям Игорь Елеференко недавно признал: "Жители микрорайонов недовольны тем, что в Москве работают школы с этнокультурным компонентом. Они усматривают в этом ущемление прав других национальностей".

Выход предлагается простой: диаспорам предложено создавать свои этнокультурные центры. Хочешь научить детей языку и традициям своего народа - добро пожаловать в центр. Во внеурочное время и за собственные деньги.

Государственный язык как иностранный

В некоторых школах для адаптации приезжих вводят новый предмет - "Русский язык как иностранный". Педагоги-филологи проходят курсы повышения квалификации. Но тут есть одна закавыка: если ребенок учил язык как иностранный, значит, и итоговый экзамен он тоже должен сдавать не по русскому языку, а по "Русскому как иностранному". А для этого нужно менять систему итоговой аттестации выпускников.

Еще в 2000 году в Южном округе Москвы открыли экспериментальный языковой класс для детей беженцев. Малышей от 6,5 до 8 лет готовили для поступления в обычные общеобразовательные школы. Эти "нулевки" дали неплохой результат.

Через пару лет появились такие же группы, но для более старшего возраста - от 9 до 12 лет. Помимо русского языка как иностранного, детям стали давать ускоренный курс по математике и окружающему миру. Дело в том, что уровень подготовки у детей мигрантов зачастую сильно отстает от нашей начальной школы. А некоторые дети из-за частых переездов семей по разным городам России просто не могли нормально учиться.

Сейчас московские власти планируют создавать "Школы русского языка" для мигрантов. Даже подписан соответствующий приказ. Эти заведения будут действовать при общеобразовательных или вечерних школах. Курс обучения - 1 год. Чтобы поступить в такую школу, детям предстоит пройти тестирование: в какой группе по уровню знания языка сможет заниматься каждый ученик. После окончания ребят будут распределять по обычным московским школам.

Этот способ помог бы решить проблему с приезжими детьми, если бы не одна деталь: в "Школу русского языка" ребята-мигранты поступают только по желанию. А его-то как раз зачастую и не бывает у приезжих. Поэтому охватить всех детей, плохо говорящих по-русски, такой подготовкой не получится.

Однако обучение русскому языку и основам российского уклада жизни требует дополнительных занятий и не понятно, кто их будет оплачивать. Школьный бюджет едва ли потянет, а мигранты воспримут плату за занятия как очередное притеснение.

"Семьи у приезжих обычно многочисленные, а работают только отцы, - объяснила мне директор школы в районе станции метро "Молодежная". - Никаких документов о многодетности, по которым положены льготы, у них, как правило, нет. Вы даже не представляете себе, каких усилий мне стоит ежемесячный сбор денег на охрану. Ведь они платят не за одного ребенка, как наши, а за двоих-троих. То же самое касается школьного питания.

Дети мигрантов не могут учиться из-за переездов родителей

Еще одна головная боль педагогов: приезжие семьи часто меняют место жительства. На каждого ребенка школа обязана вести личное дело. В этом ученическом паспорте отмечаются успеваемость и пройденные курсы по предметам. Семья мигрантов может в разгаре учебного года взять и исчезнуть из района. А "всплыть" в противоположном конце Москвы. При этом личное дело остается в прежней школе. Некоторые семьи так и оставляют все данные об учебе своего чада. А очередной директор ломает голову: как не нарушить Закон "Об образовании" и принять новичка в школу, но при этом обойтись без личного дела. Кстати, нечистым на руку школьным начальникам эта неразбериха дает еще один способ заработать - новоприбывшие мигранты, привычные к постоянным поборам, охотно отдают деньги за то, чтобы их ребенка без прописки и личного дела приняли в столичную школу.

В ближайшее время Минобрнауки планирует вводить систему подушевого финансирования школ. Общий годовой бюджет учреждения будет рассчитываться так: количество детей умножается на фиксированную стоимость обучения одного школяра. И как будет работать новая система, когда часть учащихся в течение учебного года постоянно переходит из одной школы в другую?

Завлабораторией Московского института открытого образования Елена Найденова предложила другое решение: "Детям, приезжающим в Москву ненадолго, нужно учиться в школах при посольствах. Сегодня за обучение детей приезжих платит не их страна, не фирма, пригласившая родителей ребенка работать в Москву, а столичный бюджет. При этом на обучение мигрантов заложены деньги в бюджете их страны!"

Справка: 46 садиков и школ с "национальным" уклоном

По информации московского Департамента образования, сегодня в Москве работают 46 садиков и школ с этнокультурным компонентом:

Азербайджанский - 2
Армянский - 1
Белорусский - 1
Грузинский - 3
Греческий - 1
Еврейский - 8
Корейский - 1
Китайский - 1
Литовский - 1
Молдавский - 1
Немецкий - 1
Русский - 19
Татарский - 4
Турецкий - 1
Многонациональный - 2

Еще в 84 образовательных учреждениях ведутся различные этнокультурные программы.

Как решают проблему за рубежом

Во Франции, чтобы поступить в государственную школу, мигранту нужен только вид на жительство. Для детей приезжих не предусмотрены специальные классы или курсы адаптации. Лучшая адаптация, считают французы, недавно пережившие погромы в мигрантских кварталах, - свободное погружение в языковую среду страны пребывания.

Со школьными межнациональными проблемами раньше других столкнулись США. Но и у них для мигрантов не предусмотрено обязательных тестов на знание языка и культуры. Все дети приезжих не проходят никакой адаптации, а направляются в обычные общеобразовательные школы.

В Швеции, где проживает больше миллиона иммигрантов (все население страны насчитывает девять миллионов человек), в каждой коммуне (районе) открыты языковые курсы. На них приезжие совершенно бесплатно учат не только шведский, но и английский язык, которым свободно владеет почти все население Королевства.